09.04.2008

Выборы как выиграть

В людях
(Все названия и фамилии совпадающие с реальными считать случайностью. Это чистая, но быстрая проза. Стеб-с из личного опыта)

-I-
Депутат Государственной Думы, заместитель председателя одного из многочисленных комитетов, Владимир Михайлович Стреляев после месячного отсутствия вернулся в свой кабинет на Охотном ряду. Два бравых помощника шефа явно не ждали – на депутатском столе, несмотря на начало рабочего дня, уже обосновались начатая бутылка коньяка, посуда и легкая закуска.
- Коньяк армянский, – хмуро констатировал депутат.
- Так точно, из думского буфета – робко уточнил один из помощников.
- Михалыч, все движется, – попытался успокоить второй.
- Ну, Игорь, наливай и мне, да рассказывай как у нас обстановка. Посмотрим, куда что движется ...

Жизнь, несмотря на бешеный столичный ритм, в стенах Госдумы шла своим размеренным чередом, и ничего необычного за прошедший месяц не произошло: правительство не сменилось, руководство родной партии осталось прежним. Все эти «вести» Стреляев знал за тысячи километров от кабинета и без помощников. Только в думских стенах они воспринимаются по-другому, с особым ароматом – все новости обрастают подробностями и мельчайшими деталями возможных последствий и причин так и не произошедших событий.
- II -
После обеда Стреляев выбрался на заседание совета родной фракции. От соседа, представляющего интересы благодарных кубанцев, помимо дорогого парфюма веяло мягким приятным коньячным запахом:
- «Арарат»? «Варцихе»? «Екатеринодар»? – попытался угадать Михалыч.
- Круче – «Русь Великая», – блаженно почти промяукал депутат от Кубани.
- А что это за штука «Русь Великая»? Первый раз слышу, – удивился Стреляев.
- Да, в своих заграницах вы забыли, что такое Великая Русь, вам бы только оффшоры, партнеры. Вам наплевать на Русь, – как всегда некстати вклинился в интимный разговор голос главного патриота фракции Ивана Иосифовича Смородинкинова.
- Иван Иосифович, вас это не касается – вы пьете водку, а «Русь Великая» - это коньяк такой, сорокалетней выдержки. У нас на Кубани выпускают, лучше не бывает, – кубанский депутат попытался успокоить главного патриота фракции. Но Ивана Иосифовича уже было невозможно остановить.

Невинное замечание по поводу коньячного аромата определило весь ход заседания совета фракции. Депутат Смородинкинов заявил, что народные избранники оторвались от народа – пьют, понимаешь, напитки, которые выдерживают в винных погребах дольше, чем живет среднестатистический российский наркоман. И вообще выборы не за горами, а посему стоит что-то предпринять радикальное для резкого повышения партийного рейтинга, который падал неумолимо.
Над поисками политической виагры задумались лучшие умы фракции. Дискуссия разгоралась нешуточная. Депутат с Дальнего Востока, владелец флотилии сейнеров, предложил не пыжиться, а нанять профессиональных пиарщиков. Но самый главный партийный пиарщик, он же председатель партии и фракции, сразу же отверг дальневосточное предложение:
- Что они, эти Николы с Макиавеллями, нам предлагали в прошлые разы: автопробеги, агитпоезда, референдумы, марши протеста. Я лично полстраны с бандой бездельников объехал, кучу ваших денег раздал. Рейтинг все равно падает. Нужны кардинальные меры. И их кроме нас никто не придумает. У кого какие предложения?
Серьезных предложений было два: идти влево или навстречу союзу голубых и розовых. Инициатива депутата Голубовского увеличить электоральную базу за счет сексуальных меньшинств у большинства фракционеров поддержки не нашла. Но вот разворот влево одобрили все. Правда, как разворачиваться не знал никто. Для этого надо было знать, как живет народ. Поэтому единогласно постановили: всем идти в люди.
- III-
- Завтра летим в Ахтарск, к людям. Дня на два, на три – объявил своим помощникам Стреляев.
- Не могу, Михалыч, - умоляя, сказал высокий помощник по имени Сергей, - у меня свадьба в выходные, приготовиться надо.
- Ну ладно, тогда Игорь полетит со мною один, - депутат обернулся ко второму помощнику, рывшемуся в груде бумажек, - Оденься попроще, замаскируйся под провинциала. Завтра встречаемся в аэропорту. Билеты купим там же, эконом-классом полетим. Надо быть ближе к народу. И никакого депутатского автомобиля. До Внуково добираемся на общественном транспорте.
- Михалыч, а может не надо. Народ сам с Ахтарей к нам прет – вот кондитер какой-то на прием просится, через пять минут с проходной будет звонить. Пропуск ему заказывать? – Игорь попытался избежать участи сближения с народными массами на местности.
- Выписывай, но завтра все равно едем.
Посетителем оказался молодой человек около тридцати лет. Он пришел ни с пустыми руками. Он держал огромную картонную коробку, а сопровождавший Игорь нес в руках пакет, в котором что-то весело позвякивало.
- Это что – бомба? – спросил Стреляев
- Нет – конь, – молвил посетитель
- Зачем?
- В подарок, от чистого сердца.
- А что такой маленький, на колбасу забили?
- Нет, потому что торт.
И вправду в коробке был красивый торт, сделанный в виде головы жеребца.
- Как зовут животное? – поинтересовался Стреляев
- Акбаш, на полях соседнего конезавода пасется, президентский кубок выиграл - пояснил посетитель.
Тем временем Игорь выуживал содержимое пакета на депутатский стол. Звенел, оказывается, коньяк под названием «Большой приз», этикетку которого украшала голова жеребца.
- Так вы из самого Ахтарска? – спросил депутат, - как там народ живет? Лошадей разводит?
- Да почти из самого. Лошадей мало кто разводит в наше время, в основном лохов. Вот Дерипаска нас развел и конзавод скупил вместе с жеребцами. А я торты делаю, – посетитель сунул под нос Михалычу визитку.
- Илья Владимирович Сливкин, вице-президент Ассоциации русскоязычных кондитеров Юга России, - прочитал вслух визитку государственный муж и спрятал ее в карман. - А почему русскоязычных?
- Хрен его знает, говорят, что рейтинг продукции так выше. Кавказцам сейчас не доверяют. Гексоген вместо сахара могут положить. Вот спрос на продукцию с юга и упал. А как только мы ассоциацию русскоязычных кондитеров придумали дело вроде бы пошло. Кто из безопасности нашу продукцию покупает, а кто из националистических побуждений.
- А что от меня-то нужно?
- Чтобы вы, Владимир Михайлович, поддержали на государственном уровне нашу ассоциацию. А мы вам подсобим – на всей кондитерской продукции, продаваемой в нашем крае, будем ставить ваши лозунги. Это знаете на выборах пригодится – с названием вашей партии у народа будут только самые приятные ассоциации. Да я тут еще один проект задумал с конями и коньяком связан. Вот тут я письменно все изложил... – с этими словами русскоязычный кондитер протянул Стреляеву толстую папку с документами.
- Игорь, доставай тару на четверых, сейчас предложения изучать будем – приказал помощнику депутат, намереваясь из ходока «от народа» выкачать как можно больше полезной информации о способах увеличения популярности.
-IV-
Билетов эконом-класса на утренний рейс не было. Стреляев вместе со своим помощником, как обыкновенные сограждане, прокантовались в аэропорту, превозмогая искушение воспользоваться депутатскими привилегиями и перейти в VIP-зал. Ахтарск встретил гостей неласково. Помощник по привычке хотел было набрать номер телефона краевой администрации, чтобы выслали дежурную машину, но Стреляев его строго предупредил:
- Пошли на маршрутку, и забудь про депутатский статус и про то, что доходы у тебя московские. Будь как все местные. Не то по возвращению в Москву уволю.
Полупустое маршрутное такси выскочило почти из под ног пассажиров прилетевшего рейса. Только спринтерский рывок Михалыча смог остановить потрепанную «ГАЗель».
- Ты что, очумел? - заревел Стреляев, просовываясь в остановившееся авто, – народу сколько, а ты почти пустой. Заработать не хочешь?
- Хочу, только не хочу, чтобы шины мне попроколывали. Тут у нас до 21.00 маршрутчикам можно ездить. А после ни-ни – одни таксисты пасутся...
В салоне Стреляев увидел собственный агитационный портрет с календарем. Правда, на портрете он был еще с усами, в пиджаке с галстуком и с другой прической.
- А я тебя мужик, где-то видел, - сказал депутату таксист, - ты случайно слесарем в автопарке не работал?
- Да, было дело, - ответил Стреляев, радуясь в душе, что «в людях» его приняли за своего. Помощник понуро помалкивал – он ни на кого не походил.
-V-
Заняв свободный двухместный номер в гостинице «ходоки в люди» пошли подкрепиться в одно из заведений местного общепита. Поскольку рестораном обыкновенные люди не пользуются, выбор пал на первое попавшееся кафе. Заведение оказалось затрапезным местом времяпрепровождения ахтарских студентов, забулдыг и работяг. Кроме пельменей, бутербродов и кислого борща кушать было нечего, зато спиртного море разливанное. А за стойкой бара красовался все тот же предвыборных времен плакат Стреляева с усами.
Бармен, угадав в помощнике депутата солидного клиента, заговорщицки прошептал:
- «Большой приз» на разлив есть. Натуральный. Недорого.
- Сколько? – помощник еще в Москве оценивший великолепный вкус этого коньяка, в предвкушении даже облизнулся.
- Сто пятьдесят...
- Чего сто пятьдесят?
Бармен, усомнившись в умственных способностях клиента, все-таки уточнил:
- Сто пятьдесят рублей полтора литра. Качество гарантирую. Брать-то будешь?
Сделка состоялось. Пластиковая бутылка аккуратно легла Игорю в пакет – это будет стратегический запас, как учил Михалыч.
Депутат с помощником принялись за трапезу. Покончив с борщом Стреляев заметил, что на него на них косится троица забулдыг, сидевшая за соседним столиком. Встретившись с Михалычем взглядом, самый здоровый из них подошел к столику москвичей. И без лишнего политеса заявил:
- Ну что ребята, запас стратегический в пакете, коньячок?
- Коньячок, - подтвердил Михалыч.
- Так давай пить, братва хочет.
- Отдыхайте, - отрезал по-свойски депутат.
Только отличная спортивная форма Михалыча спасла стратегический запас. Спустя минуту, здоровенный мужик вылезал из-под стола со стоном:
- Ну что вы мужики, мы думали, вы – новые русские. А вы свои. Сразу бы так и сказали...
Поверженная троица отвалила, а на ее место прибыла другая компания, уже где-то изрядно зарядившаяся. «Ходоки в люди» продолжали ужин, наслаждаясь местным коньяком. Помощник, осоловев от спиртного, радостно молол всякую ерунду:
- Михалыч, мы-то свои. Как мы их. Да мы и есть самый ахтарский народ. Вон хлопцы за соседним столом, тоже наши.
После этих слов Игорь навострил свои уши в сторону соседей. Оказалось, что разговор шел за политику. Один из соседей нелестно отзывался о партии-кормилице. Хлопнув еще 50 грамм, помощник направился за соседний стол.
- Ну что вы мужики, крутая наша партия, а остальные – отстой.
Игоря послали на три буквы, пообещав дать в глаз. Но он видимо не понял всю сложность ситуации и, достав из кармана удостоверение помощника депутата, стал им размахивать перед политическими оппонентами.
- Ах, ты еще и мент, - услышал Михалыч и решил, что пора прекращать дискуссию. Но дискуссию прекратил наряд милиции, случайно зашедший перекусить в кафе.
Участники политической потасовки стояли выстроившись в ряд перед лейтенантом. Михалыч с ужасом представлял, что будет, если дело дойдет составления протокола – тогда того и жди помоев на очередных выборах. Поехали в люди, а оказались на блюде. Тут еще Игорь не выдержал, да и брякнул, какое, вы, мол, право имеете задерживать депутата и его помощника при исполнении служебных полномочий
Старший милицейского наряда внимательно вглядывался в лица:
- Депутат, говоришь, да у меня президентов и полковников ФСБ в медвытрезвителе не сосчитать, а ты депутат. А документы у вас есть?
Стреляев взял инициативу в свои руки и попросил переговорить с капитаном тет-а-тет. Тот согласился. Документ обозначился купюрой в 500 рублей и остатками местного коньяка. Этого хватило.
На этаже в гостинице их встретили проститутки, от которых Михалыч едва спас своего помощника.
-VI-
Во время завтрака Стреляев подвел итоги и озвучил ближайшие планы :
- На транспорте бардак, общепит – только язвенников тиражирует, спиртное – фальсифицированное, менты – коррумпированные, а народ – развращен. Сегодня посмотрим, как власть относится к народу, ознакомимся с социальной сферой. Предупреждаю – коньяк местный не употреблять, удостоверением не размахивать.
В администрации города в этот день шел прием граждан. Стреляев вместе со своим помощником записались на встречу с главой как внучатые племянники одной из древних пенсионерок, которой надо было провести водопровод. Благо документы о просьбе старушки давно попали к Стреляеву. Но местные власти не торопились его решать – видимо ждали, пока помрет старушонка.
Прием оказался публичным. Избранные ждали своей очереди встретиться лицом к лицу с самим мэром. Стреляев чудом попал в число избранных благодаря своему благообразному лицу, которое выбрал корреспондент местного телевидения, подвизавшийся пиарщиком мэра. Телевизионщик внимательно оглядел депутата и задумчиво заключил:
- Типаж трудового человека. Думаю, неплохо будет смотреться рядом с мэром в кадре. Трудовой человек обращается с проблемами к мэру. Власть открытая для людей...
«Трудовой человек» спорить не стал и спустя пару часов предстал перед взором благообразного мэра Ахтарска, сидевшего в окружении журналистов. Заместитель мэра пояснял:
- Виктор Викторович, это по вопросу водопровода пенсионерки Ивановой. Старый вопрос. Но денег нет, планируем в первом квартале следующего года.
Благообразный мэр вальяжно, откинулся на кресле и сказал Стреляеву:
- Вот, уважаемый, денег нет, но будет, обязательно будет старушка с водой.
- Но как же она еще пять лет назад писала – попытался возразить Стреляев.
- Денег на это не выделяли.
- Как же не выделяли, вон депутат Стреляев добился еще два года назад выделения федеральных средств.
- Федералы пообещали, но не дали. Мы вот дадим.
- Как не дали, - не унимался депутат, - у меня есть даже документ, что деньги вы израсходовали.
- Конечно израсходовали, но на ликвидацию стихийного бедствия, а вашей бабушки-тетушки просто не повезло. Кстати я бы на вашем месте за это время уже бы водопровод любимой тете сам провел. Вы такой видный, здоровой мужчина. Работящий, активный – я помню на каком-то предприятии вы мне даже вопросы задавали. А не стыдно вам ходить, просить? Я ни у кого не прошу. Но будет вам вода, обязательно будет.
Стреляев внутренне закипал – на его имя поступило полтора десятка писем за подписью мэра с просьбой оказать содействия включения ачинских объектов в список федерального финансирования. Но и ругаться с хозяином города тоже не хотелось. Поэтому депутат напустил на себя удовлетворенный вид и в сопровождении чиновников удалился из мэрского кабинета. В приемной на Стреляева, как голодные собаки, набросились журналисты, спрашивая всякую чушь: от здоровья бабушки до стоимости водопровода.
-VII-
Так тоскливо стало Владимиру Михайловичу, что захотелось поесть. Игорь был не против. Ближайшим оказалась кафе «Кавказская кухня». Надо же в этом кафе, в окружении черноглазых брюнетов сидел вице-президент Ассоциации русскоязычных кондитеров Юга России и что-то бурно обсуждал. Бесшумно, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, депутат с помощником проскочили мимо теплой компании. По доносившимся обрывкам фраз Стреляев понял, что в «Каказской кухне» идет обыкновенное производственное совещание кондитеров. Но кого из них кроме вице-президента можно было отнести к русскоговорящим ум Стреляева не постигал.
После еды депутату полегчало. Жизнь в провинции показалась не столь муторной. И «ходоки в люди» пошли инспектировать местную культурную жизнь, в чем нуждается народ. К услугам народа и его слуг было множество учреждений. На площади Ахтарска красовался огромный развлекательный центр, который вполне мог конкурировать со своими столичными собратьями. Стреляев неоднократно бывал в нем, и ему вдруг захотелось вновь окунуться в цивилизованный мир:
- А что Игорь, давай, позволим себе отдых. Пойдем в боулинг шары погоняем, потом поедим прилично.
- Михалыч, а в жизни простого народа боулинг бывает один раз , может и того меньше.
- Вот считай, Игореха, этот раз в нашей с тобой жизни в людях наступил.
Но цивилизация не приняла депутата. Бдительные секьюрити не пропустили депутата с помощником, вежливо и твердо объяснив, что вход в приличное заведение солидным мужчинам возможен только в костюмах. Не помогло даже депутатское удостоверение. Делать было нечего. Владимир Михайлович с Игорем пошли приобщаться к местной культуре в другое заведение. Дорога их оказалась недальней – не прошли они 50 шагов как Михалыч заскользил по тротуарной плитке и вмиг распластался на ахтарском тротуаре красного цвета.
- Эх, мля! – выругался Михалыч, - это ж я посоветовал пять лет назад нынешнему губернатору все города края красной плиткой вымостить, и свой завод на это дело наладить. Сволочи, нарушили технологию – вот плитка и скользит.
Михалыч поднялся, но правая нога нестерпимо болела.
- Вот повод проверить местную медицину, - криво усмехнулся Стреляев.
На такси депутат с помощником добрались до ближайшего травмпункта. Ободранное помещение было забито до отказа. Михалыч записался в очередь. В течение двух часов до него не никому не было дела, лишь сделали рентген. В конце концов травматолог принял, депутата посмотрел на рентген, на ногу и успокоил:
- Перелома нет. Растяжение.
Михалыч попытался возмутиться местными порядками:
- Почему два часа ждать пришлось, а если бы я умирал? А если бы денег бы у меня не было бы?
- Умерли бы, тогда бы не возмущались. Вон у нас – если у вас двух тысяч нет, то и аппендицит не вырежут. Вот хлебните-ка коньячку, полегчает... – доктор достал бутылку и две стопки.
Стреляев опустошил тару и поинтересовался:
- А что бесплатно делают?
- Прививки, и то детям. Взрослым только от жадности. А вообще уважаемый, депутаты Госдумы такую нам зарплату установили, что каждый больной для нас дичь. Так что летите отсюда, пока здоровы, уважаемый фазан, пока еще что-то у вас не нашли...
-VIII-
Депутат, чувствуя себя дичью, сопровождаемый помощником, уныло поковылял в гостиницу. Боль в ноге утихала, жизнь начала казаться не столь безрадостной, что даже можно было созерцать местные достопримечательности. Стреляев решил во чтобы то ни стало окунуться в сосредоточие культурной жизни. Таким оказался ахтарский Арбат. Но ничего особенного на здешнем Арбате не было: продавцы картин, сувениров, марок, букинисты и всякие лоботрясы. И тут внимание депутата привлек человек неопределенного возраста, продававший воздушные шары разного цвета. За шарами выстроилась приличная очередь взрослых людей.
- За чем стоим? – поинтересовался депутат у народа.
- За снами, - ответила симпатичная женщина бальзаковского возраста.
- Это как!? – удивился Стреляев.
- Это продавец снов. Шары наполнены эликсиром разных снов. Кому что надо. Я пробовала. Просто очарование. Берешь шар, вешаешь его у изголовья кровати. И снится тебе то, какой эликсир в нем. Лучше всяких лекарств и добавок.
«Непорядок, - подумал Стреляев, - посреди дня, в центре края торгуют какой-то наркотой похлеще кокса и никому дела нет». Но пару шаров депутат все-таки приобрел.
- Михалыч, а может это дурь какая-то, - неодобрительно прокомментировал покупку помощник.
- Если, это - дурь, то звони куда следует, - и Стреляев указал на огромный плакат, призывавший анонимно сообщать о торговцах наркотой.
-IX-
Как ни странно Стреляев выспался, словно в детстве. Сон ему принес необыкновенную бодрость и силу. Самое главное – он во сне понял как можно повысит партийнный рейтинг. Сборы были не долги. Перед тем как отправится в аэропорт, депутат решил прикупить еще с десяток шаров с эликсиром сна. Но там, где еще вчера торговал продавец снов, стоял наряд милиции.
- А где продавец снов? – спросил Стреляев у офицера, который оказался знакомым по драке в местном кафе.
- Да кто-то вчера позвонил по анонимной линии, сказали, что он наркотой торгует. Вот мы его перед вами и загребли вместе со всеми прибамбасами. И потом, приглядевшись к Стреляеву, добавил: - а вы, все-таки, депутат – видел вашу фотографию на первой полосе сегодняшней газеты, да и вчера по телевизору показывали. Вы там вместе с мэром были...
Стреляев опустил взгляд и быстро ретировался. Помощник в ближайшем киоске купил газету. Оказалось, что милиция газет не читает. Передовица местного официального таблоида информировала жителей города о приеме мэра граждан лучшего на земле города. Мэр публично заверил племянника старшей жительницы города, рабочего одного из местных предприятий, что вода у старушки будет.
-X-
В Ахтарском аэропорту «ходокам в люди» повезло. Утренний рейс задерживался и на него было два билета. Правда, с депутата и его помощника слупили дополнительных двести рублей за подвоз к самолету – поскольку остальные пассажиру уже целый час сидели на борту авиалайнера, ожидая когда дадут разрешение на взлет. А это может зависеть и от погоды, и от количества проданных билетов. В Москве в тот день погода была прекрасная, в Ахтарске тоже.
* * *
После выхода «в люди» прошло два месяца. На очередном заседании фракции сам председатель похвалил Стреляева и отметил, что именно благодаря его знанию жизни простых людей, тонко подмеченных моментов провинциальной психологии, способности найти общий язык с избирателями, электоральный рейтинг партии вырос в полтора раза...



Авторынок и автосалоны Ставрополя, Ростова, Краснодара
Гражданин. Настоящий